Крупнейшее русскоязычное туристическое сообщество

Из Волгограда на Соловки за рулем. Часть 1.

Автор рассказа sas_a, опубликовано 22.04.13
Прочитали 1238, нравится 1
Поездка из Волгограда на Соловки и обратно состоялась в августе 2009 года. После этого рука периодически тянулась к компьютеру с целью изобразить в читабельном виде наши впечатления, но всё так и оставалось в зачаточном состоянии. И вот в течение последней недели у меня произошёл какой-то творческий подъём, и дело с написанием отчёта о поездке получило логическое завершение. Здесь практически нет исторических данных и фактов, отрытых нами в пыльных архивах. Здесь Вы не найдете полезной для путешественника информации. Здесь только личные субъективные впечатления и ничего более...
«А почему бы нам не съездить на Соловки?»
«Мы поедем на Соловки!»
Эти мысли одна за другой с интервалом в несколько тысячных долей секунды синхронно возникли в наших с моей женой Светланой мозгах после автопробега Волгоград-Псков и через неделю обратно с заездом в некоторые попутные места и местечки. Путешествовать на машине нам понравилось! Разве что наша КИА-Спектра не совсем устраивала нас ограниченными возможностями съезда с асфальтовых путей. Почему именно на Соловки, ни один из нас определенно сказать не мог. Соловки – и все тут. Но как только мысль о поездке на Соловки укрепилась и стала целью, чему способствовало посещение фотовыставки о Соловках и Белом море, мимо которой мы, естественно «совершенно случайно», проезжали, было решено менять средство передвижения. Финансовых возможностей, чтобы сделать это одномоментно, у нас не было. Зато у нас было достаточно времени, чтобы определиться с конкретным автомобилем и решить денежный вопрос. Ведь ехать нам предстояло только через год. Ну, мы и решили это все. В итоге, мы сказали огромное искреннее "спасибо" нашей подруге Спектре, передав ее в надежные руки, а к поездке был готов наш новый друг-товарищ-и-брат Субару-Форестер изумительного шалфейно-металлического или мудро-зеленого (таковы варианты перевода с английского!), как кому нравится, цвета, в желаемой комплектации, с юношеским пробегом и с нерастраченным запасом лошадиных сил под капотом. Японцы постарались на славу. В результате не особо долгих материальных сборов в багажнике за задним сиденьем было сложены кое-какие вещички для разных типов погодных условий, кое-что перекусить на скорую руку, ножики-пассатижи-фонарики-"сапёрки" на всяк случай и двадцать литров "девяносто пятого" для тушения "пожарных случаев" в новенькой алюминиевой канистре. Да, и, конечно, фотоаппараты. Это святое! Целых два. Чтобы "бить дуплетом", если вдруг кто из нас чего-нибудь пропустит. Ночевать предполагалось в придорожных мотелях или гостиницах в городах. Услугами придорожного же сервиса предполагалось пользоваться и для утоления чувства голода. На крайний случай предусматривалась возможность заночевать в машине. В итоге 2 августа утречком экипаж из двух человек – моя жена Светлана и я – занял места в нашем звездолете (на эмблеме Субару изображено шесть звезд – созвездие Плеяд). Сели, пристегнулись, включили навигатор и выдвинулись.
…Половина дороги до Москвы особых впечатлений не вызвала.
Поначалу, в состоянии душевного подъема оттого, что впереди целых две недели свободы, мы болтали о предстоящем маршруте, о том, что и где нам надо посмотреть, о плюсах и минусах оговоренной законом возможности улизнуть от производственных обязательств и пр. и пр. Постепенно, по мере выхода накопившихся сверхположительных эмоций, мы замолчали. Окружающая действительность этих самых эмоций не вызывала.
Соответственно, к фотоаппарату рука не тянулась. Видимо, потому, что это была местность с более или менее знакомым рельефом, а редкие лесополосы, перемежающиеся с указателями населенных пунктов и километража, внимание привлекали мало. Светило южное солнце, за окном тянулись песчаные холмы, холмы, поросшие травой песочного цвета, выгоревшей на этом самом солнце, по дороге тянулись пыхтящие "Камазы", объехать которые не составляло особого труда, и хотелось подремать.
Тягомотность этого состояния усиливала система круиз-контроля, услужливо включенная в комплектацию машины. Если это приделали к автомобилю, значит, этим можно пользоваться. Найди я, куда поудобнее устроить освободившуюся правую ногу, то, наверное, уснул бы точно. Мешало этому также иногда более, иногда менее, но бесспорно бодрящее качество дорожного покрытия.
Неизвестно, чем бы закончилось наше передвижение в этой тягучей субстанции из знаков, холмов, "Камазов", травы и дремоты, если бы не появление на обочине голосующего человека. Он просил остановиться. Но как..! Он воздевал руки к небу, подламывал колени, рвал на голове волосы, протягивал руки к проезжающим машинам, короче, всячески пытался привлечь внимание. Несколько смущала такая театральность в его действиях, но за ним на обочине стояло несколько легковых машин и суетливо двигались какие-то люди. Успеваю заметить, что на машинах не российские номера. Кто знает, может, действительно им нужна помощь?... Останавливаемся. В окно заглядывает личность. Большая коротко остриженная голова. На шее… Если бы "Титаник" смог быстро опустить якорь на такой цепи, то никакая сила не сдвинула бы его с места и роковой айсберг проплыл бы мимо. Да и шеи, как таковой, не было. Голова, выступающая из массивных плеч, напоминала кнехт на палубе парохода. Соответственно, якорная цепь была, как бы, на месте. Сколько пальцев на его руках были свободны от золотых печаток, я не заметил. Из-за плотного светового потока, отраженного от наличествующих перстней, это было очень трудно сделать. Смог заметить только, что пальцы были толщиной с мое запястье. Видимо, для переноски таких тяжестей требовались недюжинные усилия и, соответственно, большая мышечная масса. На миг мне показалось, что в этом месте трассы "Волгоград-Москва" календарь застыл где-то в начале девяностых. И вот этот человек на фоне армады ювелирных украшений, вопрошающего взгляда и вызывающих улыбку мимики и жестикуляции, заняв собой весь оконный проем со стороны жены, на ломаном русском языке с ужасным акцентом начинает объяснять, что на одной из трех машин сломалась коробка передач, что им надо в автосервис. Иллюстрацией к его словам были суетящиеся возле трех иномарок за его широкой спиной, люди. Узнав, что до Тамбова, а это был ближайший крупный населенный пункт, еще километров сто шестьдесят, колоритный автотурист протягивает Светлане некую безделушку и с объяснением "этто ссоувенир" просит энную сумму российских денег. Его просьба вкупе с умоляющим взглядом, почти такой же взгляд моей супруги, которая поверила ему практически сразу, победили мою напускную суровость неутвержденного руководителя и сейфа нашей экспедиции, и, пока я доставал бумажник и отсчитывал купюры, автотурист-неудачник успел сообщить, что они мусульмане из Сербии, что дружба это хорошо, и, получив деньги, сунул мне в руки еще один "ссоувенир", поцеловал моей жене руку и со словами "спасиба балшой" мигом освободил оконный проем и побежал к собратьям по вере и сопутешественникам по жизни. Может быть, у них действительно были проблемы. А, может быть (что более вероятно), это был обыкновенный "развод", а мы таким образом должны были заплатить Высшим силам за разрешение ехать дальше. Кто знает… По крайней мере, денег этих нам не было жаль. А «ссоувениры» лежат у нас дома на полке, напоминая своим видом об этом приключении.
Дальше у придорожных торговцев были нескончаемые вереницы ведер с яблоками разных сортов, цветов и размеров в районе Мичуринска. Целые галереи тульских пряников просто-таки невообразимых форм заполняли обочины где-то в крошечном кусочке Тульской области, через который пролегала наша асфальтовая тропа. Пряники в форме сердечек разных размеров, в форме больших яблок, в виде собачек, медвежат и в виде вообще чего-то неопределенного. А пряник в виде пистолета как Вам..? На выбор – с медом и со сгущенкой. Это, наверное, к столу непьющего гангстера. Но оригинально. А если нет работы, то поневоле выйдешь на дорогу и будешь это все оригинальное продавать. Философские мысли, однако…
Зелени за окнами стало больше.
Мелькали хвойные перелески, березовые рощицы радовали глаз контрастными бело-черно-зелеными одеждами, а речушки, над которыми мы периодически проезжали, были заметны не только своими названиями на синих табличках, но и наличием в них какой-никакой воды. Радостно!
Потом была Московская кольцевая. Точнее, она началась километров за сто до ее юридического обозначения. Как только на дороге появился знак "Автомагистраль", мы поняли, что Москва уже близко. При разрешенных 110 километрах в час мы "плелись" вместе с другими "лохами" и "фурами" в правом ряду со скоростью 130, а слева с достоинством, спокойно, не нарушая правил перестроения, мимо нас, как мимо стоячих, проезжали большие полностью черные автомобили, с числом нулей в номере, намного большим количества всех цифр в нём, пацанские "бумеры", "лансеры" и "тойоты" деловых людей, пассажирские автобусы-ледоколы. По усиливающемуся сзади надрывному реву можно было понять, что к этому ровному строю "леворядных" присоединялась какая-нибудь вазовская "классика". Это жутковатое зрелище! Кажется, что ее карбюратор изо всех сил пытается выскочить из-под капота, а колеса еще держатся с помощью какой-то нереальной силы. Интересно, что чувствуют сидящие в ней при такой скорости… А дальше мы в потоке всей этой ревущей массы не снижая скорости вливаемся во все пять полос собственно Московской кольцевой. Непривычно… У нас на такой скорости в пределах городской черты ездят или по вертикали, или поперек дороги, в зависимости от величины минусовой температуры в мозгах едущего. При их наличии, конечно. Здесь же это нормально. Здесь такой ритм жизни. И если на лице сидящего за рулем соседней машины нарисовано напряжение, то, скорее всего, это иногородний. И когда начинаешь осваиваться в этой непривычно стремительной массе, то замечаешь, что во всем этом есть порядок. Как и на дорогах любого другого более или менее крупного города. Только скорость выше. Я, наверное, никогда не привыкну к московскому ритму. Но это уже лично мои тараканы.
Не просмотрев нужный указатель, мы свернули на Ярославское шоссе и в режиме стрелы, выпущенной из лука, на излете, в сумерках, километров через сто с небольшим приземлились у мотеля, в дверях которого стоял и мирно курил молодой швейцар в какой-то ливрее образца неизвестно какой страны и века. Он удивленно-молча пропустил нас внутрь. Может быть, от растерянности, а, может быть, жалко было выбрасывать только что раскуренную сигарету. В средние века, наверное, народ не сильно шиковал, чтобы разбрасываться сигаретами. Нас чопорно-услужливо накормили, и мы отправились по скрипящей деревянной лестнице на второй этаж смотреть сны. Очень спать хотелось.
Рано утром мы спустились в кафе на первый этаж. Женская половина экипажа мотеля сидела за столиком и дружно накладывала различные парфюмы на свои заспанные лица, на стоящем в холле диванчике спокойно похрапывала "ливрея" непонятного подданства. Начинался новый день.
Вдохнув утренней свежести, не успевшей впитать в себя флюиды федеральной трассы Москва-Ярославль, слегка поеживаясь от проникающей за шиворот чуть влажной прохлады, мы погрузили в машину взятые с собой в гостиницу вещички, а также свои не совсем еще проснувшиеся материальные оболочки и выехали на большую дорогу. А пролегала она, дорога эта, по маршруту Ростов Великий – Ярославль – Вологда – Вытегра – Пудож – Медвежьегорск - Кемь. Пейзажи за окном коренным образом отличались от вчерашних. Тут уже не было нижневолжских полупустынно-степных песков и выгоревшей травы. Здесь была своя красота. Четко обозначенная разметкой, серая асфальтовая лента, ровненькая, как прорисованная рукой старого плотника линия, окаймленная по обе стороны ровными рядами сосен и берез вперемежку, ныряя с холма и взлетая на следующий холм, уходила куда-то в незнакомую и чертовски манящую даль. Дорога молча, но, тем не менее, очень громко и настойчиво звала нас. Именно нас. У проезжающих мимо машин были свои дороги. А у нас именно ЭТА. И мы это слышали.
Немного проехав, мы начали ощущать некоторый дискомфорт. Мы взлетели на очередной холм и остановились на обочине. Дорога, затененная от лучей утреннего солнца пообесторонним лесом, просматривалась вперед-назад на какое-то ужасно большое число километров. Светлана стояла на обочине, смотрела на лес, и просто вдыхала утреннюю свежесть. Да, на обочине автотрассы! Да, свежесть! Как ни парадоксально это звучит, но это было именно так. А я достал электрическую бритву и начал, простите, бриться. Стоя на обочине, глядя на свое отражение в стекле нашей машины, начал бриться. Периодически я ловил порой удивленные, порой насмешливые, порой просто равнодушные взгляды из проезжавших мимо машин. Их хозяева, взглядов этих, по-видимому, просто были "не в теме". Мой ритуал, я бы так назвал этот процесс, не шел ни в какое сравнение с банальным скоблением физиономии острыми железочками, стоя на кафельном полу родной ванной комнаты в трениках с вытянутыми коленками и наблюдая всю эту неприглядную картину в запотевшем и надоевшем от каждодневного заглядывания в него, зеркале. …… Бр-р-р… А они, эти взгляды в проезжавших мимо машинах, просто не представляли, какой это кайф – отъехать от дома на 1200 километров, остановиться на обочине и побриться на свежем воздухе. Ощущения стоят того, чтобы это сделать!
Ростовский монастырь вырос из утреннего тумана почти незаметно.
Он был похож на иллюстрацию к какой-нибудь сказке. Его светло-зеленые, голубые и позолоченные купола среди деревьев и домишек ростовского пригорода на фоне легкой пасмурности над ним и тяжело-серых туч где-то далеко создавали ощущение нереальности. Именно, "как на картинке". Возле ворот, несмотря на ранний час, уже толпились какие-то паломники или просто сонные туристы, один за другим вываливающиеся из автобуса с румынскими номерами.
Вооружившись фотоаппаратами, мы пошли вокруг монастыря. Ощущение сказочности дополнило озеро Неро, на берегу которого стоит монастырь. Просто красиво! Умели ж монахи выбирать, где домик построить.
1
В камышах сидел местный рыболов-спортсмен, который, когда мы проходили мимо, обернулся и посмотрел на нас строгим взглядом. Видимо, та рыбешка, за которой он, судя по его закостенелой позе, охотился уже не первый день, сказала ему, что при посторонних она клевать не будет. Ладно, мы ненадолго… Правда, сверху, с колокольни, какой-то оголтелый румынский турист курлыкал на своем наречии оставшимся внизу менее отмороженным и не решившимся взобраться на эту верхотуру сожителям по автобусу. Ну, турист, чего с него взять. Подумалось, что та рыба и мужик из камышей долго еще не встретятся.
Вообще, некоторое ощущение сказочности возникало у нас на протяжении почти всего пути. Аккуратно покрашенные домики с резными наличниками, жизнерадостно открытыми ставенками, с мезонинами, огороженные невысоким прозрачным штакетником на фоне яркой сочной зелени мелькали практически в каждой пролетающей мимо деревушке. В селе побольше в конце центральной улицы обязательно стоит храм. И такая вот «классическость» жизненного уклада действовала умиротворяющее, что ли. Хотя, прекрасно понимаешь, что кроме этой спокойной и радостной картинки есть еще и жизненные реалии. Это понимание усиливали довольно часто встречающиеся брошенные дома. Когда-то они были такими же красивыми и нарядными, гордо стоя вдоль тракта, они торжественно и по-хозяйски встречали нечастых заезжих гостей, а сейчас они одиноко глядели пустыми глазницами окон на пролетавший мимо суетливый автомобильно-человеческий шумный рой. Жаль, что не всегда удается сочетать душевное спокойствие и жизненную устроенность. Н-да, сказкам свойственно иногда заканчиваться…
При въезде в Ярославль просто-таки хотелось написать картину или сочинить рассказ на тему, скажем "Индустриальная составляющая жизни общества и ее интеграция в самобытно-древнерусский уклад коренного населения". Или что-то в этом роде. Справа нас встречали большие бледно-голубые буквы "Ярославль", украшенные синими металлическими кружевами, на фоне которых, а также случайно поломавшегося тут местного автобуса, мы решили отметить свой въезд в этот город фотографированием автомобиля, а слева начинали свой выход к людям большие и красивые блестящие трубы то ли химического производства, то ли нефтеперегонного завода. Завод этот был очень большим, так как трубы эти тянулись на протяжении не одного километра, а, для усиления ощущения мощи и значимости периодически подкармливал наше обоняние какими-то непонятными миазмами. Менделеев, я уверен, порадовался бы, что так широко и глубоко проникает его "Периодическая система…" внутрь человечества. В буквальном смысле. Пока мы, таким образом, въезжали в город, вдыхая его неповторимую ауру, нас обогнал автобус со знакомыми номерами. Это курлыкающие румыны ехали на встречу с российской историей. Им, по-видимому, была чужда индустриальная лирика, поэтому двигались они более решительно и, как мы предположили, именно туда, куда хотелось бы попасть и нам. Наши догадки подтвердил и навигатор, ненавязчиво и провокационно-вежливо подсказывая нам дорогу к Кремлю.
Ну что можно сказать… Кремль есть Кремль. И в Ростове, и в Ярославле, и в Вологде, и на Соловках, и во Пскове, и в Великом Новгороде. Везде, где мы их видели. Хотя, есть, конечно, различия. Я не о внешних отличиях, а о наших внутренних ощущениях, о нашем приятии энергетики этих громадных живых существ. Да, да, живых! Никакое супермонументальное химическое производство не сможет затмить пусть уже былого, но все еще по-стариковски бодрого и гордого величия этих сооружений. Кремль строился на века. Всем миром. В него вкладывали всю душу и все силы, все надежды. И от этого Кремль становился живым, он наливался силой. Несмотря на то, что сейчас у подножия многих из них нынешние лавочники устроили бойкую торговлю, в иных палатах расположились харчевни, и все вокруг просто-таки затоптано стадами туристов, саму энергетику этого места трудно заглушить. Это у всех кремлей, по-моему, общее. Но каждый из них по-своему неповторим. И порой удивляешься музейным работникам, которые умудряются не только сохранить имеющееся, естественно, в меру финансовых возможностей, но и дополнить это чем-то интересно-своеобразным. Например, по территории Кремля в Ярославле разбросана целая коллекция солнечных часов всевозможных конструкций, размеров и форм, сделанных с душой и с юмором.
Здорово, когда в человеке остается частица детства, позволяющая творить маленькие чудеса...!
Побродив по Кремлю, мы немного проехали по улицам с целью просто поглазеть, и поехали на выход в сторону Вологды. При этом мы немного поспорили с навигатором. Электронная женщина вкрадчивым, я бы даже сказал настойчиво-авторитетно-вкадчивым, голосом уговаривала нас сначала проехать под "кирпич", а чуть позже направляла мимо нужного поворота, на который указывала табличка на уличном столбе. Ну, не всегда она видит дорожные знаки. Но мы не теряли бдительности и в споры с Правилами дорожного движения вступать не собирались. Пришлось этой шайтан-коробочке с нами, в конце концов, согласиться. Хоть она и электронная, но все-таки женщина. Со своей логикой. Надо отдать ей должное – в незнакомых городах она нам очень помогла, показывая исторические места и гостиницы. Спасибо ей!
Естественно, в тех городах, где мы были, мы видели лишь мизерную часть их жизни. Да и то, что попадалось нам на глаза, настолько удивляло, что мы просто забывали браться за фотоаппарат. Поэтому мои истории могут показаться далеко не полными. Но у меня и нет такой задачи написать абсолютно про все интересное. Путеводители и энциклопедии есть в свободной продаже. Я рассказываю о своих впечатлениях об увиденном, сложившихся у меня в силу личных особенностей моего восприятия.
Третьего вечером мы приехали в Вологду. В город решили не заезжать, а остановиться где-нибудь на окраине. Бродить по городу решили на следующий день с утра. Навигатор привел к гостинице, в которой, правда, не было света из-за какой-то аварии, но администратор сказала, что это ненадолго. Зато во дворе гостиницы был небольшой бассейн, а в нем сидела большая глиняная лягушка, живописно раскрашенная и с большим улыбающимся ртом. Оригинально. Живенько так… По крайней мере, Светлана не смогла пройти мимо и расчехлила свой фотоаппарат.
Утром мы распрощались с гостиницей и двинулись к людям. Современный и деловой центр мы решили обойти своим вниманием, а направились поближе к истории.
Прошлись по кремлю и окрестностям. Аккуратно и с душой все устроено. Светлана хотела попасть в музей кружев, но он был закрыт. По понедельникам и вторникам большинство музеев не работает. Купили у торговцев симпатичного лесовичка, вырезанного из полешка. Теперь он красуется у нас в прихожей рядом с зеркалом и хитро улыбается. Симпатяга. В парке недалеко от Кремля обнаружили памятник. Кто-то с листом бумаги в левой руке, с отсутствующей правой рукой, мечтательно-устремленным-вдаль взглядом и отколотым носом на наполовину развалившемся кирпичном, покрытым слоем штукатурки, постаменте. Просто стоял. В далеко не самом людном месте парка. Кто такой, за что на постамент поставили – неизвестно. Списали, видимо, по причине утраты какой-либо части гипсового тела. Или же менталитет нынешнего населения перестал воспринимать идеологию его, памятника, современников. Неизвестно. Но вот так случилось. Выбросили. Грустно. Так, сделаешь что-нибудь неплохое для отчизны, а она потом твой памятник на свалку отправит в связи с отсутствием средств на ремонт отколотого носа. … (философское многоточие).
Потом мы пронаблюдали нулевой километр автодорог Вологодской области и сходили в музей "Дом купца Самарина". Дом как дом. Купеческий. Не чета домам нынешних купцов. Тогда народ все-таки малость поскромнее был. Или был такой же нескромный, как и сейчас, только не знал, что можно строить такие большие дома.
…А еще в Вологде мы встретили кота.
Он вышел из закрыто-перекошенной калитки характерного вологодского "Дома номер один", когда мы проходили мимо. Мы зашли на его территорию! Такие коты просто так этого не допускают. Вернее, это был не кот. Это был Кот! Его шерсть… Меховые бутики могут уходить в длительный неоплачиваемый отпуск! Его длинный лоснящийся серебристо-камуфляжный мех был взращен далеко не на хозяйской сметанке. В Его обеденной тарелке, похоже, побывала не одна матерая, простите, крыса. Думаю, что и иной пекинес поостережется встретить этого Кота голодным. Да и по поведению Он был похож, не в обиду будет сказано, на ветерана группы "Альфа" или на старого прокуренно-просоленного боцмана, повидавшего на своем веку просто невозможное количество чего и знающего себе цену, но никак не на представителя семейства кошачьих. С легким прищуром истинно зеленых глазищ, неторопливо повернув голову в нашу сторону, хотя Он уже давно видел, кто мы и чего от нас можно ожидать, вразвалку, но по-кошачьи мягко и хищно, подошел ко мне, и, подумав, разрешил дотронуться до него. Но не более! Я почувствовал, что проявление каких-либо сантиментов, типа "ах, какой хорошенький котик!", может, как оскорбить Его честь, так и, как следствие, негативно отразиться на целостности кожного покрова моих ладоней. Его поведение, в переводе на человеческий язык, было крепким мужским рукопожатием с коротким, но пристально-пронзительно-оценивающим взглядом разведчика. Мы поняли друг друга. Он позволил нам остаться. Чуть дрогнувший кончик Его хвоста объявил нам "Вы можете меня сфотографировать, хотя у вас не очень много времени. Я занят". И Он ушел. У Него были дела. А у нас осталось Его фото. Вернее, фотопортрет.
Сходив на рынок и подкупив всяко-разно покушать, под начинающимся дождиком мы выдвинулись в сторону Вытегры.
(Продолжение следует обязательно...)
  • Выбор фотографии
  • Все фотографии одной лентой
1
1
Поделиться ссылкой:
Комментировать   Мне нравится
Чтобы ставить отметку "Мне нравится" надо зарегистрироваться.
Для этого укажите ваш псевдоним и адрес email.
Псевдоним:
E-mail:
Пол:
Если вы уже зарегистрированы в сообществе,
введите ваши данные здесь

Показать все комментарии (0)

Чтобы оставлять комментарии надо зарегистрироваться.
Для этого укажите ваш псевдоним и адрес email.
Псевдоним:
E-mail:
Пол:
Если вы уже зарегистрированы в сообществе,
введите ваши данные здесь